- Late Antique Archaeology, Ceramic Analysis (Archaeology), Landscape Archaeology, Early Medieval Archaeology, Byzantine History, Mediterranean Studies, and 16 moreMedieval History, Early Medieval And Medieval Settlement (Archaeology), Byzantine Archaeology, Greek History, Latin Epigraphy, Roman History, Ancient History, Archaeological Method & Theory, Anthropology, Prehistoric Archaeology, Near Eastern Archaeology, Classical Archaeology, Archaeology, Late Antiquity, Byzantine Studies, and Black Sea ancient history and archaeologyedit
Книга посвящена исследованиям одной из категорий погребального инвентаря некрополя Чатыр-Даг. Краснолаковая керамика представлена кувшинами и различными типами мисок, большая часть которых по своей морфологии может быть отнесена к группе... more
Книга посвящена исследованиям одной из категорий погребального инвентаря некрополя Чатыр-Даг. Краснолаковая керамика представлена кувшинами и различными типами мисок, большая часть которых по своей морфологии может быть отнесена к группе понтийской сигилляты, формам I, V и VI. Тем не менее, по целому ряду морфологических признаков, автор отнес эту керамику к херсонесскому производс¬тву Петрографические анализы аналогичной краснолаковой керамики, найденной на усадьбе «Близнецы» хоры Херсонеса показали ее местное — херсонесское происхождение. Возможно, речь идет об одном из центров производства понтийской сигилляты, который функционировал с середины II века н. э. под эги¬дой римской администрации. В книге также рассмотрены проблемы хронологии «римских импортов» и монет в варварских комплексах Крыма. Автор попытался ответить на вопрос, можно ли на основании импортов и монет датировать достаточно точно погребальные комплексы. Одной из важнейщих в этом исследовании является тема соотношения живой культуры прошлого и мертвой (археологической) куль¬туры, которую мы изучаем сегодня. В реальном прошлом одновременно жило несколько поколений людей со своей субкультурой, в археологической «мертвой» культуре все спрессовано и является одним архео-логическим контекстом. Как можно выявить живую культуру людей прошлого, исследуя только их следы? Автор попытался найти один из возможных способов решения этой проблемы. В процессе определения хронологии ряда типов керамики также были проанализированы отдельные типы позднеримских амфор, на датах бытования которых строилась хронология опорных для III—IV вв. крымских комплексов.
The present paper considers the results of metal analysis of coins from two hoards (a monetary one and one of coins and goods) of the Roman period found in 2008 near the village of Koporye in Leningrad oblast. The coins and metal goods... more
The present paper considers the results of metal analysis of coins from two hoards (a monetary one and one of coins and goods) of the Roman period found in 2008 near the village of Koporye in Leningrad oblast. The coins and metal goods (fragments of a neck ring and two bracelets), with the exception of one silver denarius, are made from brass. All of the coins belong to two monetary denominations of the Roman Empire — sesterces and dupondii. The date of concealment of hoard no. 1 is 160/170 AD. That of hoard no. 2 is 140/150 AD. These dates are additionally confirmed by chemical analysis of the metal of the coins: the content of zinc according to S. Fleming’s diagram and the ratio of contents of zinc and tin after P.T. Craddock. The similarity between the chemical compositions of the alloys of the articles and coins along with the latter’s strong wear suggest that these objects were used as raw materials for manufacturing personal ornaments.
Research Interests: Archaeology, Classical Archaeology, Historical Archaeology, Numismatics, Numismatic, and 15 moreAncient numismatics (Archaeology), Roman numismatics and archaeology, Ancient Roman Numismatics, Roman coins, Iron Age, Coins finds as archaeological artefacts, Ancient Numismatics, Coin Hoards, Ancient Coins, Roman Imperial Coins, Hoards, Hoard finds, Greek and Roman Coinage, Roman Provincial coins, Numismatica, and Coins
Sharov O., Palaguta I., Havrin S. Hoards of Roman coins from Koporie. Until recently archaeological objects dated to the Roman period were represented on the territory of the present Leningrad oblast by accidental finds and a small... more
Sharov O., Palaguta I., Havrin S. Hoards of Roman coins from Koporie.
Until recently archaeological objects dated to the Roman period were represented on the territory of the present Leningrad oblast by accidental finds and a small number of graves associated with the culture of Estonian Stone Burial Grounds.
The discovery of two hoards with Roman coins and some other objects near the village of Koporie gives new information about the history of the region during the I–II centuries AD. The hoards include 30 and 12 brass coins, sestertius and dupondius (worn and corroded), and one silver denarius (found on the place of hoard 2). All the definable coins are dated to the times of Titus (79–81 AD) Lucius Verus (161–169 AD), and therefore the hoards could have been deposited ca. 160–170 and 140–150 AD, respectively.
It is shown by the chemical analysis, the admixture of zinc in brass corresponds to Fleming’s diagram (1975) and agrees with
the proposed dates. The same brass alloy was used both for the fibula of Almgren’s type 55 and the conical edged neck-ring dated to 70–160 AD. The similarity of coin alloys with those of other articles allows to suppose that the former were used as raw material for the latter. The Koporie hoards can be indicative
of the fact that this region was a part of the eastern area of the Estonian Stone Burial Grounds culture. One more possibility is
that it belonged to the area of the related and synchronous archaeological culture of Izhorian Stone Burial Grounds.
Until recently archaeological objects dated to the Roman period were represented on the territory of the present Leningrad oblast by accidental finds and a small number of graves associated with the culture of Estonian Stone Burial Grounds.
The discovery of two hoards with Roman coins and some other objects near the village of Koporie gives new information about the history of the region during the I–II centuries AD. The hoards include 30 and 12 brass coins, sestertius and dupondius (worn and corroded), and one silver denarius (found on the place of hoard 2). All the definable coins are dated to the times of Titus (79–81 AD) Lucius Verus (161–169 AD), and therefore the hoards could have been deposited ca. 160–170 and 140–150 AD, respectively.
It is shown by the chemical analysis, the admixture of zinc in brass corresponds to Fleming’s diagram (1975) and agrees with
the proposed dates. The same brass alloy was used both for the fibula of Almgren’s type 55 and the conical edged neck-ring dated to 70–160 AD. The similarity of coin alloys with those of other articles allows to suppose that the former were used as raw material for the latter. The Koporie hoards can be indicative
of the fact that this region was a part of the eastern area of the Estonian Stone Burial Grounds culture. One more possibility is
that it belonged to the area of the related and synchronous archaeological culture of Izhorian Stone Burial Grounds.
Research Interests:
The present paper considers the results of metal analysis of coins from two hoards (a monetary one and one of coins and goods) of the Roman period found in 2008 near the village of Koporye in Leningrad oblast. The coins and metal goods... more
The present paper considers the results of metal analysis of coins from two hoards (a monetary one and one of coins and goods) of the Roman period found in 2008 near the village of Koporye in Leningrad oblast. The coins and metal goods (fragments of a neck ring and two bracelets), with the exception of one silver denarius, are made from brass. All of the coins belong to two monetary denominations of the Roman Empire — sesterces and dupondii. The date of concealment of hoard no. 1 is 160/170 AD. That of hoard no. 2 is 140/150 AD. These dates are additionally confirmed by chemical analysis of the metal of the coins: the content of zinc according to S. Fleming’s diagram and the ratio of contents of zinc and tin after P.T. Craddock. The similarity between the chemical compositions of the alloys of the articles and coins along with the latter’s strong wear suggest that these objects were used as raw materials for manufacturing personal ornaments.
Research Interests:
В силу того, что ладожская фибула имеет трубчатый футляр, который примыкает непосредственно к верхней перекладине и игла крепится, вероятнее всего, к оси-шарниру в футляре, а не в отверстии на головной перекладине, мы считаем, что... more
В силу того, что ладожская фибула имеет трубчатый футляр, который примыкает непосредственно к верхней перекладине и игла крепится, вероятнее всего, к оси-шарниру в футляре, а не в отверстии на головной перекладине, мы считаем, что ладожская фибула занимает промежуточное положение между самыми ранними перекладчатыми фибулами со спиральной конструкцией в футляре фазы В2/С; и фибулами со штангой-шарниром, которые датируются поздним периодом С2 (С2Ь - см: O. B. Шаров 1992). На основании этого, данная фибула должна датироваться, c очень большой долей вероятности, периодами С;-С2а или только III веком н. э.
Ладожская фибула является на сегодняшний день самой северо-восточной находкой в ареале распространения северо-восточнобалтийских переклад-чатых фибул. Насколько случайна эта находка на Земляном городище Старой Ладоги, покажут будущие исследования.
Ладожская фибула является на сегодняшний день самой северо-восточной находкой в ареале распространения северо-восточнобалтийских переклад-чатых фибул. Насколько случайна эта находка на Земляном городище Старой Ладоги, покажут будущие исследования.